Один день на Белом море

и кажется в мире, как прежде, есть страны, куда не ступала людская нога, …» Н.С.ГумилевГрандвик, Гандвиг, Студеное море, Белое море … Трудно найти человека, который никогда не слышал об этом море. Уже от самих названий веет стариной, какой-то основательностью и суровой романтикой Русского Севера. Многие века русские мореходы-поморы, жившие на берегах моря, прозванного ими Студеным, […]

Карелия
и кажется в мире, как прежде, есть страны,
куда не ступала людская нога, …»
Н.С.Гумилев

Грандвик, Гандвиг, Студеное море, Белое море … Трудно найти человека, который никогда не слышал об этом море. Уже от самих названий веет стариной, какой-то основательностью и суровой романтикой Русского Севера. Многие века русские мореходы-поморы, жившие на берегах моря, прозванного ими Студеным, бесстрашно выходили на промысел рыбы и зверя морского, доверяя свою жизнь незамысловатым, но надежным лодьям и карбасам. Знали они наизусть всю сложную лоцию Белого моря, подходы к добычливым местам промыслов. Богатства Белого моря были неисчислимы и, казалось, нет им конца. На весь мир славился скатный русский жемчуг, добываемый в реках Беломорского бассейна. Со времен Господина Великого Новгорода известны беломорская сельдь и треска, шкуры моржей и тюленей, меха и гагачий пух, добываемые по берегам, на островах и в глубинах Белого моря. Моржовая кость и знаменитый рыбий зуб, из которого изготавливались посохи для архиереев Русской Православной Церкви и многое другое. Все это снискало славу и уважение добытчикам — поморам и морю — их колыбели.

Не лишним будет вспомнить, что Белое море — единственное море, которое всегда было открыто для России, именно здесь Петр Первый начинал постройку Балтийского флота и одерживал свои первые морские победы. Однако для ученых Белое море еще долго оставалось Terra incognita.

Долгое время, кроме поморов, изучением природы Белого моря занимались только монахи Кирило-Белозерского и особенно Соловецкого монастырей, благоустроившие Соловецкий архипелаг, имевшие свои промыслы, выращивавшие там южные овощи и фрукты. Этим монастырям принадлежали обширные земли по всему Русскому Северу и настоятели заботились о сохранении и приумножении природных богатств, проводили меры по охране поголовья моржей и тюленей, стадов сельди и трески, гнездовий гаги.

С середины XVII века известен один из первых в России серебряный рудник на острове Медвежий в Кандалакшском заливе.

Однако к планомерному картированию Белого моря приступили только в конце первой четверти XIX века. А изучение животного и растительного мира началось чуть более ста лет назад, когда на территории Соловецкого монастыря была открыта Беломорская биологическая станция. Сегодня растения и животных Белого моря изучают на биостанциях Московского и Санкт-Петербургского университетов, Российской академии наук, в специальных экспедициях.

Но для большинства людей Белое море, его животный и растительный мир по прежнему остаются загадкой, «белым пятном». Чтобы приоткрыть эту тайну, мы приглашаем провести вместе с нами всего один день на территории Кандалакшского районного природного парка, чтобы почувствовать очарование природы Русского Севера.

Ранним сентябрьским утром мы садимся на судно и отправляемся в дорогу. Наш путь лежит в одну из губ (так поморы называют заливы), расположенную километрах в тридцати от г.Кандалакши и чуть-чуть севернее Полярного Круга. Приятно встретить рассвет на море. Свежий ветер гонит по заливу клочки тумана, нежно розовеющего в лучах восходящего солнца. Сопки по берегам еще укрыты дымкой и только вершины темнеют на бледном розово-голубом небе. Наконец свершилось! Солнце взошло, и сразу радостно закричали чайки, устремившиеся ввысь, стали видны гаги, ныряющие за мидиями, заблестели водоросли и камни, обнажившиеся в отлив. На полянках и просеках леса, подступившего к самой воде, заискрились от капелек росы листья и ягоды.

Мы сходим на берег и оказываемся в гостях у водолазов — исследователей московского клуба «Океан», лагерь которых расположен на самом мысу. Кандалакшский районный природный парк пригласил их провести обследование дна в этом районе в надежде устроить здесь подводную туристскую тропу. Сегодня мы увидим предлагаемые для тропы места, познакомимся с обитателями подводного мира.

Пока на костре готовится завтрак, мы «исследуем» окружающий нас лес. И сразу натыкаемся на тундряных куропаток, кормящихся в зарослях черники и голубики. Ночные заморозки уже успели опалить листья некоторых деревьев и кустарников, а на болоте все растения покрыты серебряной, светящейся изнутри изморозью. Иван-чай и пушица рассыпают по ветру свои последние семена. На ковре из ягеля и лишайников пламенеют ягоды брусники, под деревьями из травы выглядывают грибы.

После завтрака начинаем гот
овиться к погружению: проверяем и подгоняем снаряжение, наши хозяева готовят аппаратуру для подводной фотосъемки. Местом погружения выбрана небольшая банка — возвышенность на морском дне примерно в 500-х метрах от берега, мористее мыса, закрывающего губу от морских ветров. По отзывам наших проводников, это — настоящий оазис подводного мира. Судите сами: на небольшой площади собраны образцы флоры и фауны, характерные для различных участков Белого моря.

Наконец окончены последние приготовления, мы отправляемся на заветную банку и начинаем погружение. В отлив глубина в этом месте составляет всего 70-90 сантиметров, заросли хорды и фукусов лежат на поверхности воды, гася небольшие волны и образуя маленькое «Саргассово море», в котором вязнут весла наших лодок. Прямо под нами настоящее царство мидий и морских звезд. Мидии оккупировали всю мелководную часть банки, а звезды, питающиеся ими, не замедлили воспользоваться обильным угощением. Почти все крупные старые мидии и камни покрыты налетом литотамнии — содержащей известь твердой водоросли розового цвета. Видны домики маленьких рачков — балянусов и многощетинковые черви, распустивших свои ловчие щупальца.

Постепенно опускаемся все глубже. Уже на глубине 3-5 метров мидий становится все меньше, хорда и фукусы сменяются морской капустой (ламинарией). На ее огромных слоевищах и в ризоидах обитает множество самых разных и любопытных созданий. Тут и понтоподы, называемые еще морскими пауками, имеющие длиннющие ноги и тельце величиной с булавочную головку, и грациозная ставромедуза («сидячая медуза люцернария»), и разноцветные голожаберные моллюски. Присмотревшись, под ламинариями можно заметить раков-отшельников, несущих свои домики — пустые раковины моллюсков, небольших актиний и краба-паука. Дно усеяно офиурами-змеехвостками, морских звезд стало меньше, но кроме красных морских звезд (Asterias rubens) стали попадаться небольшие, словно бархатные, хенриции (Henricia) и многолучевые «мохнатые» кроссастеры (Crossaster). Среди водорослей прячутся бычки — керчаки, и пинагоры — удивительные рыбы, грудные плавники у которых превратились в присоску.

С увеличением глубины солнечному свету все сложнее проникать под воду, и цвета окружающего нас мира изменяются. Начинают преобладать сине-зеленые тона, красные водоросли и кроссастеры кажутся черными, а желтые и оранжевые звезды становятся почти белыми. Исчезают ламинарии, вода становится все холоднее. Дно выравнивается и уже не напоминает насыпанный кем-то курган из камней. Нет, на глубине 20-25 метров это довольно плоская поверхность, затянутая сверху илом, и только местами угадываются небольшие камни или одиноко возвышаются огромные валуны. Среди камней встречаются оранжевые многолучевые солнечники (Solaster) и холодолюбивые звезды — ярко-красные с белой каймой урастериасы (Urasterias linki), а на камнях — самое настоящее царство мягких кораллов. Здесь и маленькие «веточки», и большие «деревья» высотой до 50 сантиметров нежного розового или голубого цвета, полупрозрачные, как бы светящиеся изнутри в ярком свете фонаря. Попадаются и довольно крупные актинии, можно заметить притаившуюся на самом дне камбалу или замершую в норе зубатку. Вот за валуном показался странный, как будто ободранный от коры небольшой кустарник, ну конечно же — это офиура Голова Горгоны распустила свои ветвящиеся лучи, поджидая добычу.

Но, кажется, пальцы на руках уже ничего не чувствуют от холода, температура воды здесь всего 2-3 градуса. Скорее вверх, навстречу теплому солнцу! И хотя вода на поверхности всего на 8-10 градусов, чем на глубине, возникает ощущение, как будто вплываешь в теплую ванну. Пузырьки выдыхаемого воздуха, как маленькие светлячки, зовут нас на поверхность, дно пропадает из виду, и только гребневики и медузы провожают нас.

Все! Друзья помогают освободится от акваланга, грузов, забраться в лодку, и вскоре мы снова на берегу, где снимаем гидрокостюмы и наконец-то согреемся. Нас уже ждут и обжигающий чай, и горячий обед, и, конечно захватывающий обмен впечатлениями.

Погода неожиданно портится, налетает шквал, море мгновенно становится серым и яростно обрушивает на берег пенистые валы, как будто сердясь, что не смогло укрыть свои заветные тайны. Небо проливает на наши головы снег с дождем, и сразу чувствуется, что мы за Полярным Кругом, а на дворе уже не май месяц. Ненастье заканчивается также неожиданно, как и началось, и только загоревшаяся вдали радуга напоминает о промелькнувшей непогоде. День угасает, солнце кло