Фарисеи

Учение фарисеев лежит в основе Галахи и современного ортодоксального иудаизма

Фарисеи
pinterest button

Фарисеи  — религиозно-общественное течение в Иудее в эпоху Второго Храма, одна из трёх древнееврейских философских школ, возникших в эпоху расцвета Маккавеев (II в. до н. э.), хотя возникновение фарисейского учения может быть отнесено к времени Ездры

Истоки учения

До самого вавилонского пленения шла непрерывная борьба между священниками и пророками. Священники, из убеждения или из личных выгод, стояли исключительно за обрядовую религию, включая культ жертвоприношений, в то время как пророки проповедовали, что угодить Богу можно только безусловной правдой и любовью к ближнему. 

Из самой сущности этического монотеизма вытекает также, что благодать нравственного усовершенствования не может быть уделом одного только израильского народа; богоизбранность его только в том и заключается, что он первый постиг истину и потому призван сделать её достоянием всего человеческого рода.

Когда, по возвращении из вавилонского пленения, голос пророков замолк и живой источник этической религии иссяк, еврейский народ оказался недостаточно ещё подготовленным для высокой роли, которую предназначали ему пророки. Ввиду его малочисленности и рассеянности между другими народами, ему угрожала опасность раствориться в них и исчезнуть вместе со своими идеалами. Тогда-то в еврействе возникло новое направление, представителем которого был Ездра, видевший спасение народа в строгом исполнении Моисеева закона, представляющего гармоническое сочетание обрядовой религии священников и этической религии пророков.

Созданное Ездрой всенародное собрание письменным договором подтвердило обязательность Моисеева закона во всех его подробностях на вечные времена. Народ действительно стал подчиняться закону с щепетильной добросовестностью, считая одинаково важными как высокие нравственные принципы, в нём изложенные, так и те многочисленные, чисто внешние обряды, которые рассчитаны были лишь на изолирование еврейского народа от всех окружающих. Универсальные идеи пророков сохранились лишь в виде народных идеалов, осуществление которых отодвинуто было на неопределённый срок, до так называемого Мессианского времени.

Но закон Моисея, рассчитанный на изолирование еврейского народа от древних языческих народов, вскоре оказался недостаточным для изолирования его от новых народов, — сначала персов, потом эллинов, — с которыми ему приходилось сталкиваться. По отношению к персам это казалось необходимым ввиду того, что дуализм Зороастра по духовной сущности своей гораздо ближе подходит к монотеизму евреев, чем семитические культы Ваала и Астарты, и следовательно опасность слияния была больше. Ещё большая опасность стала угрожать еврейской религии со времени появления греков на Востоке, не вследствие сходства мировоззрений, а ввиду необычайной привлекательности жизнерадостного эллинизма. В защиту еврейского религиозного строя духовным руководителям народа приходилось устанавливать дополнения к закону, в виде целой системы охранительных запретов, соответственно новым обстоятельствам жизни. Однако, с воцарением Маккавеев и вступлением еврейского народа на путь политической жизни обнаружилось несогласие между жизнью и древним законом.

Еврей не мог не только обедать вместе с язычником или с самаритянином, но даже выпить у них немного воды. С указанными законами связано было ещё одно зло, прямо угрожавшее целости и единству еврейского народа: они могли быть соблюдаемы лишь высшим, более обеспеченным классом народа. У низших, трудовых классов не хватало ни досуга, ни специальных знаний для их соблюдения; высшие классы стали чуждаться народной массы, в особенности мытарей, не ели с ними вместе, не входили в дом их, как это видно из многих мест Талмуда и Нового Завета (например Мф.9:9—21 и параллельные места).

Таким образом, законы, имевшие целью изолирование евреев от язычников, стали изолировать одних евреев от других. Подобные же противоречия между законами и жизнью обнаружились по поводу строгого соблюдения субботнего покоя и ещё резче — в сфере уголовного права. Моисеев закон наказывает чисто религиозные преступления смертной казнью или так называемым «истреблением из среды народа», которое, по-видимому, означало изгнание (aquae et ignis interdictio). Это не соответствовало более высокому представлению о религии, по которому задача последней — увещевать и наставлять, а не карать. Такое представление о религии вошло в понятие народа ещё со времени Иезекииля, который говорит от имени Бога:

Разделение на ессеев, саддукеев и фарисеев

Все эти и многие другие ещё противоречия между буквой древнего закона и жизнью служили главной исходной точкой для образования трёх древнееврейских сект.

Саддукеи, к которым принадлежала почти вся родовая и денежная аристократия, считали Божественный закон неизменяемым и настаивали на исполнении его во всей его строгости; для облегчения его тягости они требовали лишь отмены всех тех дополнений и наслоений, которые он получил в народной практике.

Ессеи также считали закон неизменяемым, но так как условия жизни в стране перестали отвечать древнему закону, то они предпочитали удаляться от этой жизни и уходили в пустыню и в деревню, где ничто не мешало им доводить соблюдение Моисеева закона до крайней щепетильности.

Третью секту образовали фарисеи. Это были люди, вышедшие из глубины народной массы и поднявшиеся на её поверхность благодаря своему умственному развитию. Фарисейское движение сформировалось в борьбе против контролировавших храмовый ритуал саддукеев. Возникновение в этот период синагогальной литургии было, по-видимому, выражением стремления фарисеев подорвать религиозную монополию саддукеев: религиозный ритуал и молитва, которые исконно были частью храмового культа, стали отправлять в домах, а ученые, не принадлежавшие к священническому сословию, начали играть важную роль в религиозной жизни народа. В вопросах внутренней политики они всегда стояли на стороне народа против посягательств господствующего класса; поэтому народ доверял им и следовал во всем их учению. Из любви к народу и из уважения к древним традициям они признали обязательность всех постановлений законоучителей и всех народных обычаев, совокупность которых получило название «устного закона», в противоположность писаному — Моисееву. Признавая, подобно саддукеям, неизменяемость Божественного закона, они, в противоположность им, считали, что закон существует для того, чтобы его добросовестно исполняли, однако, основная цель законодательства — служить благу людей. Лозунгом фарисеев было: «закон для народа, а не народ для закона». Эта цель ясно указана самим Моисеем:

При этом фарисеи прибавляли: «… будет жив ими, а не умрёт из-за них».

Общественно-политическая деятельность фарисеев

Заслугой фарисеев в истории еврейского религиозного сознания было охранение иудаизма от поглощения персизмом или эллинизмом. В лице лучших представителей своих (Гиллель и др.) фарисеи вновь подняли еврейское религиозно-этическое учение на ту высоту, на которую оно было поставлено великими пророками. Достойно, однако, внимания, что суровые порицания Иисуса были чаще направлены против фарисеев, чем против саддукеев: богатые и надменные саддукеи были так далеки от царства Божия, что напрасно было их призывать к нему. В особенности порицал Иисус лицемеров, которые, впрочем, обличаются и в Талмуде самими фарисеями.

Как партия с определившимся направлением, фарисеи впервые выступают на историческую арену при царе и первосвященнике Иоанне Гиркане. В начале секта имела резкую политическую окраску. О первом столкновении фарисеев с домом Маккавеев Иосиф Флавий и Талмуд единогласно рассказывают следующее:

Вернувшись после победоносных войн в Иерусалим, Иоанн пригласил к себе на пир выдающихся фарисеев, о которых один из саддукеев говорил ему, что они настроены против него, и, оказав им большие почести, старался вызвать их на откровенность. Все рассыпались в восторженных похвалах ему, но один из них сказал Гиркану: если ты действительно хочешь быть праведным, откажись от диадемы первосвященника и удовольствуйся царской короной. Причиной к этому послужили слухи, которые набрасывали тень на легальность рождения Гиркана. Возмущённый первосвященник тут же предал оскорбителя суду его товарищей. Те присудили его к ударам плетью и к заточению.

Саддукеи воспользовались снисходительным приговором, как доказательством, что оскорбление нанесено было с ведома и согласия всех фарисеев и довели дело до полного разрыва между Гирканом и его прежними советниками.

По воззрению фарисеев сан первосвященника и царская власть действительно не могли и не должны были соединяться в одном лице. Соединение духовной и светской власти в одном лице противоречило и Моисееву закону, и историческим традициям. В древности царская корона была неразрывно связана с обязанностями полководца — а человек, руки которого были обагрены человеческой кровью, не мог молитвенно возносить эти руки к Богу.

Оппозиция фарисеев Маккавеям перешла в открытое народное восстание при Александре Янае. Междоусобная война, длившаяся 6 лет, стоила жизни 50000 приверженцам фарисеев; оставшиеся в живых должны были рассеяться по соседним странам.

Самое счастливое время для фарисеев было девятилетнее царствование вдовы Янная, Саломеи-Александры, когда действительным правителем государства был брат царицы, мудрый и энергичный фарисей Симеон бен Шетах. Полный внешний мир и разделение властей (первосвященником был тогда старший сын царицы, Гиркан II) примирили фарисеев с домом Маккавеев. После смерти Соломеи началась борьба за престолонаследие между её сыновьями, которые кончили тем, что пригласили римского полководца Помпея в качестве третейского судьи, а последний, пользуясь этим, подчинил Иудею верховной власти Рима. Фарисеи также послали депутацию к Помпею с просьбой избавить народ от обоих воюющих между собою братьев и утвердить в Иудее республику, под покровительством Рима. Это объясняется тем, что фарисеи мирную и спокойную жизнь по закону Моисея всегда ставили выше политической самостоятельности.

При Ироде I политическая роль фарисеев совершенно прекратилась и они сосредоточили всю свою деятельность на исследовании Торы. Незадолго до нашей эры фарисеи разделились на два лагеря, хотя не враждебных, но значительно отличавшихся друг от друга по своим воззрениям: школу Гиллеля и школу Шамая. Строгие шамаиты крепче держались буквы закона и не допускали такой свободы толкования, какую допускали гиллелиты. Последние — может быть, благодаря высоким нравственным качествам своего учителя, — восторжествовали и их мнения были приняты народом как религиозные нормы.

В лице Гиллеля (род. в 75 г до н. э., ум. 5 г.) учение фарисеев достигло своего высшего развития. Его воззрения на религию характеризуются следующим фактом. К основателю другой фарисейской школы, Шамаю, обратился однажды язычник с просьбой принять его в лоно еврейства, но с тем, чтобы тот сообщил ему все содержание еврейской религии, «пока он будет стоять на одной ноге». Шамай, отличавшийся особенным ригоризмом по отношению к религиозным обрядностям, прогнал его. Когда язычник обратился с той же просьбой к Гиллелю, тот ответил ему:

За несколько лет до окончательного падения Иерусалима из среды фарисеев выделились две политических партии: миролюбивые последователи Гиллеля проповедовали мир с Римом во что бы то ни стало, в то время как последователи Шамая образовали партию зелотов (ревнителей), которые были душою восстания народа против римлян и довели Иудею до полного разгрома (70 г. н. э.). В то самое время, когда еврейский народ лишался своего политического центра, раби Иоханану бен Заккаю удалось создать для него духовный центр в виде академии в Явне, где было положено основание талмудическому еврейству.

Полезная информация

Фарисе́и
ивр. פְּרוּשִׁים‎
транслит. «перушим», «прушим»

Происхождение названия

Название «фарисеи» возникло в начале II века до н. э. Слово «Фарисеи» является производным от корня ивр. פרש‎, имеющего значение «отделяться», «обособляться», и означает «отделившиеся».

Изначально «фарисеи» было прозвищем (в смысле «отступники», «еретики»), которое они получили от своих противников саддукеев, но затем оно приобрело уважительный оттенок.

Учение фарисеев

Суть учения

Бо́льшая часть сведений о фарисеях, также как и об их идейно-политических противниках саддукеях, содержится в сочинениях Иосифа Флавия, который происходил из дома священников. Почти все его родственники были саддукеями, но, после тщательного изучения всех трёх сект, он примкнул к фарисейской, которую описывает как философскую школу, сравнивая её с греческой школой стоиков.

В догматическом отношении фарисеи, по его словам, «всё совершающееся ставят в зависимость от Бога и судьбы и учат, что, хотя человеку предоставлена свобода выбора между честными и бесчестными поступками, но в этом участвует также предопределение судьбы». В этом отношении они занимали середину между ессеями, которые всё приписывали предопределению, и саддукеями, которые признавали абсолютную свободу воли и утверждали, что судьба человека находится всецело в его собственных руках.

В своём изложении Иосиф Флавий уделяет первостепенное внимание теологическим разногласиям между тремя «философскими школами». Он говорит об участии этих «сект» в общественной жизни начиная только со времени Гиркана I Иоханана. Вместе с тем, исследователи склонны рассматривать фарисеев в качестве идейных наследников более раннего движения хасидеев, упоминаемых в книгах Маккавеев.

Согласно Иосифу Флавию, в противоположность аристократам саддукеям, фарисеи были весьма популярны в народе, и их влияние на массы было очень велико («даже если они скажут что-нибудь против царя и первосвященника, им сразу же поверят»). Флавий отмечает человеколюбие фарисеев, которые «желают мира всему народу, в то время как саддукеи строги даже к своим братьям и гневливы к сотоварищам, как если бы те были чужеземцами». Фарисеев называли «мудрыми и знающими в разъяснении законов», и на основании этого некоторые исследователи склонны считать фарисеев наследниками софрим (писцов).

В центре спора между фарисеями и саддукеями стоял Устный Закон. Как пишет Иосиф Флавий, «Фарисеи обнародовали несколько предписаний, основанных на неписаной традиции, и потому секта саддукеев отвергла эти предписания, поскольку они полагали, что следует считать законом лишь то, что написано в Торе». Теологические разногласия между «школами» были связаны с проблемой свободы выбора. В отличие от ессеев, веривших в абсолютное Божественное предопределение, и саддукеев, полностью отрицавших предопределение и веривших, что человек обладает свободой выбора между добром и злом, фарисеи считали, что все предначертано Богом, однако добродетель и порок — во власти человека, ибо «и предначертание помогает ему во всяком деле». Бог любит свои создания и требует от человека исполнять данный ему закон. Бог вложил в человека два противоположных импульса — благой и дурной — и, заповедав ему творить добро, дал Тору как руководство в жизни. «Если человек выбирает добро, небесные силы помогают ему. Если же он творит зло, они предоставляют ему идти своим путем». Относительно образа жизни фарисеев Флавий отмечает, что «они ведут строгую жизнь и отказываются от всяких удовольствий. Они следуют лишь тому, что разум признает за благо. Они почитают старших и не позволяют себе противоречить их постановлениям. Они пользуются таким влиянием на народ, что все богослужебные обязанности совершаются по их начертаниям».

Согласно фарисейской доктрине, Тора, которую Бог дал Моисею, включала как Письменный, так и Устный Закон: Божественные откровения, зафиксированные в Пятикнижии, дополненные и разъяснённые пророками и устной традицией, следует истолковывать в соответствии с экзегетическими нормами законоучителей каждого поколения. Таким образом, законы Торы следует понимать в соответствии с толкованием законоучителей, которых Бог наделил разумом для того, чтобы они интерпретировали эти законы. В противоположность саддукеям, фарисеи верили в бессмертие души, посмертное воздаяние и в воскресение из мертвых перед наступлением царства Божия. В центре мировоззрения фарисеев стояло убеждение, что религиозная вера — центр человеческого бытия и что образ жизни человека должен определяться законами Торы.

Особую ценность фарисеи придавали духовно-религиозному сплочению народа, они старались приводить религиозное законодательство в соответствие с условиями существования еврейского народа, основываясь на толковании Священного Писания. Так, поскольку предписываемые Торой наказания за преступления не соответствовали моральному и общественному сознанию фарисеев, они путем истолкования Торы обусловили эти законы такими оговорками, которые практически делали их применение невозможным. Конечной целью фарисеев в сфере уголовного законодательства была отмена смертной казни, поскольку преступника, по их мнению, следовало предоставить воле Бога.

Из талмудической литературы мы узнаем, что фарисеям удалось почти совершенно отменить смертную казнь. Может быть именно потому фарисеи в качестве судей были, в отличие от саддукеев, «вообще весьма снисходительными при назначении наказаний». «Фарисеи верят в бессмертие души; за гробом людей ожидает суд и награда за добродетель или возмездие за преступность при жизни; грешники подвергаются вечному заточению, а добродетельные имеют возможность вновь воскреснуть». Флавий характеризует фарисеев как «искуснейших толкователей закона», прибавляя, что «фарисеи передали народу, на основании древнего предания, множество положений, которые не входят в состав Моисеева законодательства, между тем как секта саддукеев совершенно отвергает все эти наслоения, признавая обязательность одного Писанного Закона».

Саддукеи как секта, политическая по преимуществу, прекратили своё существование вместе с прекращением государственной жизни Иудеи; ессеи как секта, чисто религиозная и всегда державшаяся вдали от всяких политических треволнений, в значительной части своей примкнули к учению Иисуса и образовали первые иудеохристианские общины в Иудее; фарисеи же, слившись с народом, положили основание Талмудическому еврейству. Идейно-политическая борьба между саддукеями и фарисеями завершилась победой последних, и фарисейская концепция определила дальнейшее развитие иудаизма.

Методы толкования

Методы толкования, бывшие в употреблении у фарисеев, весьма разнообразны, но они все могут быть сведены к двум категориям:

  1. диалектический метод и
  2. метод введения символических фикций.

Диалектический метод

Вот пример первой категории. В Пятикнижии есть закон о «строптивом сыне». В силу этого закона, отец может в судебном порядке подвергнуть своего сына смертной казни за непослушание даже в том случае, когда отсутствует другое преступление, наказуемое смертью. Именно этим законом, вероятно, и воспользовался свирепый царь Ирод, заставив саддукейский синедрион приговорить к смерти двух его сыновей от Мариамны, раньше присуждённой им к смерти за мнимую неверность. И вот, начинается толкование закона. В нём говорится о сыне — значит он неприменим ни к дочери, ни к малолетним, ни к двум сыновьям; речь идёт об отце и матери — значит они оба должны быть в живых и оба должны быть согласны на наказание сына. В этом духе текст толкуется дальше и из него выводится, что для применения данного закона необходимо, чтобы отец и мать оба были здоровы, не страдали каким-нибудь уродством, оба достойны были друг друга и, наконец, чтобы оба обладали одним и тем же тембром голоса. Это, конечно, абсурд — но речь идёт о спасении молодых людей от произвола родителей, которые в минуту запальчивости могут совершить поступок, о котором сами потом будут сожалеть, как это действительно случилось с Иродом. Закон не отменён, но превращён в мёртвую букву.

Подобным образом разбирают фарисеи и известный закон: «око за око, зуб за зуб». Око за око, говорили фарисеи, но не жизнь за око. Потерпевший лишился глаза, но он остался жив; если же вырезать глаз у обидчика, то может случиться, что рана осложнится опасным воспалением, которое повлечет за собою смерть обидчика — и выйдет «жизнь за око». Следовательно, «око за око» невозможно понимать буквально, а лишь в смысле «стоимости ока за око».

Метод введения символических фикций

А вот пример толкования посредством введении фикции. По Моисееву закону каждый 7-й год называется субботним годом: поля и виноградники не обрабатываются, а то, что земля приносит самопроизвольно, считается общим достоянием, которым бедные и пришельцы могут пользоваться наравне с хозяином (Лев.25:1-7).

Кроме того, с наступлением субботнего года уничтожаются все долговые обязательства, что установлено было с целью предупредить порабощение неимущих за долги (Втор.15:1-3; 7-11).

Этот последний закон, благодетельный в своё время, стал впоследствии вреден, парализуя кредит, необходимый для развития торговли и промышленности. Известный фарисей Гиллель установил институт «просбул», заключающийся в том, что кредитор в конце 6-го года подаёт в суд письменное заявление, в котором он фиктивно передаёт полагающуюся ему сумму суду; а так как по закону субботним годом уничтожаются только долги частным лицам, но не долги общественным учреждениям, то кредитор получает возможность взыскать свои деньги после субботнего года.

Такие же фикции были введены фарисеями в сфере религиозных обрядов для смягчения чрезмерной строгости в соблюдении законов субботнего покоя и в особенности законов ритуальной чистоты.

Фарисеизм был, таким образом, настоящей реформой Моисеева закона, но реформой постепенной, замаскированной, постоянно считавшейся с старыми традициями и консервативными элементами общества.